При психопатоподобных и неврозоподобных расстройствах главной задачей остается по возможности удержать подростка в среде труда, учебы, активной жизни. В зависимости от состояния и поведения подростки могут продолжать учебу или в обычной школе (или с облегченным режимом — сокращенный учебный день, дополнительные выходные дни), или в вечерней школе (с освобождением от работы), или даже проходить обучение на дому (практикуется до 8-го класса).

Вопрос об учебе в средних специальных и высших учебных заведениях должен решаться индивидуально, в зависимости от состояния больного и профиля учебного заведения. При этом надо учитывать интересы как больного, так и общества в целом. Вряд ли целесообразно приобретение профессии, требующей очень напряженной работы, широких и быстро меняющихся контактов. Даже при хороших и стойких ремиссиях риск рецидива все же достаточно высок, возможны также психогенные декомпенсации в стрессовых ситуациях; поведение больных в этих обстоятельствах трудно предсказуемо. В связи с этим, с точки зрения общественных интересов, неоправданно будет приобретение профессии, при которых в случаях рецидива совершаемые по болезненным мотивам действия больного могут создать угрозу для жизни других людей или иные опасные ситуации.

В остальном при удовлетворительном состоянии перед больным не должны ставиться формальные преграды, обусловленные диагнозом «шизофрения». Подобный официальный диагноз в таких случаях может существенно препятствовать социальной адаптации [Личко А. Е., 1982]. По данным московских диспансеров, среди тех, у кого в подростковом и послеподростковом возрасте был поставлен диагноз вялотекущей шизофрении, т. е. у кого преобладали психопатоподобные и неврозоподобные расстройства, с годами у 31 % этот диагноз был снят в реабилитационных целях [Нисс А. И., 1979]. С другой стороны, оказалось также, что, судя по записям в историях болезни, диагноз вялотекущей шизофрении в 60 % явно маскируется каким-либо другим [Матвеев В. Ф., Барденштейн Л. М., 1982].

Обучение в ПТУ не рекомендуется и обычно не удается. Профессиональную подготовку лучше осуществлять по пути индивидуального ученичества — в коллективе взрослых такие подростки легче адаптируются.

При аффективных расстройствах при хороших полноценных интермиссиях в отношении учебы и выбора профессий не должно быть чрезмерных ограничений, кроме обстоятельств, указанных выше, учитывая, что риск повторных фаз остается достаточно высоким. После перенесенной фазы психотического уровня первые полгода лучше вообще избегать интенсивных учебных нагрузок, особенно участия в конкурсах. Если же наступают частичные ремиссии, например по тимопатическому Типу, то реабилитационная тактика должна быть такой же, как при психопатоподобных расстройствах.

При параноидных и инкогерентных расстройствах рекомендации в отношении учебы и труда зависят от качества ремиссии и необходимой поддерживающей терапии. Нужно всячески стремиться к тому, чтобы подросток получил неполное среднее (8 классов) и даже среднее образование. При полных ремиссиях и когда для их поддержания достаточны небольшие дозы психотропных средств, возможно бывает обучение в обычной школе. При большой вялости от нейролептиков можно рекомендовать принимать их только во вторую половину дня и на ночь, на утро назначать пирацетам. При неполной ремиссии или когда поддерживающая терапия нейролептиками сопровождается выраженными побочными действиями, лучше практиковать обучение по облегченной программе — в обычной школе с сокращенным числом уроков, с дополнительным выходным днем, или в вечерней школе, или индивидуальное обучение на дому. Занятия должны быть равномерными, без искусственных напряжений — от экзаменов следует освобождать.

Обучение в ПТУ также не рекомендуется. Профессию лучше приобретать по пути ученичества на предприятиях, особенно там, где работает кто-то из близких. Поступление в высшие и средние специальные учебные заведения (если будущая профессия не создает повышенный риск рецидива и если рецидив заболевания не грозит при данной профессии социально опасными ситуациями) может быть рекомендован только при полных и стойких ремиссиях — не менее чем через год с момента, как полная ремиссия установилась. Попытки поступления лучше делать после того, как подросток предварительно включился в более облегченную систему обучения: прошел подготовительное отделение, повторил программу последнего класса. Напряженные занятия, конкурсные экзамены без предварительной учебной тренировки и вскоре после того, как установилась ремиссия, грозят ухудшением состояния и возможностью рецидива.

При неполных ремиссиях после завершения восьмилетнего образования или при достижении 16-летнего возраста рекомендуется трудоустройство. Нужно стремиться к тому, чтобы больной приобрел несложную, не требующую напряженного труда профессию. Иногда это удается достичь только в лечебных мастерских при психоневрологических диспансерах, но иногда оказывается возможным и на обычной работе, особенно если вместе с подростком трудится кто-либо из его родных.

Важно, чтобы в период ремиссий, даже неполных, подросток не оставался без дела, не был предоставлен праздности. Отдых после больницы не должен быть продолжительным (кроме привычного летнего периода).

При апатоабулических расстройствах вовлечение в учебу и труд удается только при нерезко выраженных изменениях личности и при поддерживающей терапии активирующими психотропными средствами. В этих случаях рекомендации те же, что и при неполных ремиссиях после приступов с параноидными и инкогерентными расстройствами. Следует только особо подчеркнуть вред безделья и праздности при апатоабулических расстройствах. Такие больные не могут сами чем-то занять себя. Они нуждаются в постоянном стимулировании в отношении активности, труда, учебы по облегченной программе, в отношении выполнения домашних поручений, даже в том, чтобы следить за своей одеждой и чистотой тела.

При тяжелых апатоабулических и гефебренических расстройствах ни учеба, ни систематический труд не удаются. При улучшении состояния следует попытаться втянуть больного хотя бы в какие-нибудь простые занятия.