Маньян В. ‹‹Клинические лекции по душевным болезням››

Глава четвертая. Хронический алкоголизм. Раздел первый. Психические симптомы

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.

ХРОНИЧЕСКИЙ АЛКОГОЛИЗМ.

Раздел I.

Психические симптомы.

При длительно существующей алкогольной интоксикации, протекает ли она неприметно, исподволь или сопровождается острыми психотическими эпизодами, у больных алкоголизмом, как это заметил уже Falret, начинают обнаруживаться постоянные бредовые идеи, ипохондрические переживания, иллюзии и даже — галлюцинации, обладающие всеми признаками интеллектуальных и чувственных расстройств психотического периода, за исключением их остроты и силы; делириозные обострения сглаживаются, проявления их становятся все менее бурными, развиваются не столь стремительно, но зато дольше задерживаются. Хронические алкоголики могут высказывать и депрессивный бред и суицидальные идеи, но все «это, повторяю, является лишь бледным подобием того, что наблюдается в острых состояниях в начале алкогольной интоксикации. У некоторых больных, наконец, вне какой-либо временной закономерности, эпизодически, в связи с новыми излишествами или без них, могут возникать стертые маниакальные состояния, психомоторное возбуждение, во время которого больной теребит, рвет на себе одежду, ходит взад-вперед и т. д. — делая все это совершенно машинальным образом.

На этом хроническом этапе интоксикации в игру вступает новый фактор: состояние больного претерпело к этому времени важные и стойкие перемены-— зерно, бросаемое в почву, осталось тем же, но сама почва изменилась, алкоголь преобразил человека, создал нового индивида; постоянное злоупотребление спиртным не прошло даром, успело сделать черное дело. На первое место в клинике выходят теперь органические, а не функциональные, преходящие, расстройства, которые оставляют после себя лишь временное недомогание: в организме произошли глубокие, необратимые повреждения во всех тканях и органах, наступил упадок общего питания — сама клетка, и та живет теперь иной жизнью. Алкоголь способен оказывать двоякое болезнетворное действие на организм: последний всесторонне и преждевременно стареет, а в его органах развивается распространенное жировое перерождение. Изменения в тканях не исчерпываются, однако, ожирением — следом за ним идет хронический воспалительный процесс; характерным для алкоголика является сочетание двойного (стеатоз и склероз) поражения органов. В соответствии с преобладанием того или иного из этих патологических процессов в нервной системе, мы наблюдаем развитие алкоголизма в направлении простой деменции (стеатоз и атерома) или — прогрессивного паралича (диффузный интерстициальный склероз). Те же органические изменения, с теми же внешними проявлениями, обнаруживаются и в мускулатуре и в железистых органах: цирроз печени, равно как и ее жировое перерождение, является общеизвестным уделом алкоголиков.

Но вернемся к психическим симптомам. Мы находим на этой стадии болезни ослабление памяти, отсутствие ясности в суждениях, снижение аналитических способностей, угасание воображения, утрату легкости в ассоциировании идей, приводящую к той или иной степени непоследовательности и затем — бессвязности мышления; наконец, крайне обеднение и исчезновение морального чувства.

Апатичный, безразличный ко всему, медлительный больной не заботится более о себе, не беспокоится о своем семействе; он снизился во всех своих интеллектуальных, аффективных и моральных качествах и остается без какой-либо защиты, один на один, с всевластными низшими влечениями. Именно на этом этапе болезни делается справедливой старая поговорка о том, что «кто пил, тот будет пить. Больной побуждается к этому всем и отовсюду, разум его не способен возвести заслон, создать противовес соблазну и вовремя остановиться. Пьяные эксцессы стали его неотъемлемой сущностью; к ним его подталкивают и ипохондрические переживания: он ведь начинает пить еще и потому, что ему кажется, что таким образом он улучшает свое состояние, обретает прежние силы, предотвращает тягостное утреннее отхождение обильной желудочной слизи. Результаты самолечения не заставляют себя ждать, болезнь возрастает в силе — отсюда порочный круг, исход которого один: состояние глубокого слабоумия.

В последние годы жизни больного интеллектуальная деятельность его минимальна — сами делириозные эпизоды понемногу стихают и исчезают окончательно и с ними и ипохондрические страхи и чувственные обманы. Иногда возникает аффективное слабодушие — такое же, как у престарелых или послеинсультных слабоумных больных, что также свидетельствует о далеко зашедшем органическом поражении мозга.